Покупатель не обязан анализировать ценовую политику интернет-магазина, а онлайн-бизнесу следует внимательнее относиться к предлагаемой оферте - судья Верховного суда РФ Михаил Кротов рассказал в Открытой студии РАПСИ, почему суды встают на сторону потребителя в спорах о техническом сбое цен. 

- Михаил Валентинович, добрый день. Расскажите, пожалуйста, в последнее время в практике Верховного cуда РФ встречается достаточно много дел, которые связаны с онлайн-шоппингом. Магазины утверждают, что у них произошел сбой цен, покупатели действительно по смешной стоимости приобретают товары, но я обратила внимание, что при этом потребители, как правило, выигрывают. Почему сложилась такая ситуация? Что делать бизнесу?

- Ну, во-первых, потребитель должен выигрывать. Все-таки законодательство о защите прав потребителей прежде всего настроено на защиту слабой стороны, которой выступает потребитель. И безотносительно того, насколько он вообще разбирается в законодательстве сам по себе, мы его всегда считаем слабой стороной - экономически слабой стороной. 

Те дела, которые были связаны с дистанционной куплей-продажей товаров обусловлены следующим фактором. Бизнес есть бизнес, он хочет продать товар подороже и хочет на этом заработать. Бывают ситуации, когда стоимость товара возрастает буквально на глазах. Естественно, после заключенного договора очень хочется снять разницу. В этом случае у нас законодатель достаточно четко говорит: договор считается заключенным с момента, когда покупатель оплатил покупную цену.

При продаже товаров дистанционным способом сами продавцы через маркетплейсы и через другие свои платформы, как правило, ставят, что заказать товар я могу только при одном условии — совершив платеж. Как только платеж совершен, соответственно, договор заключен, и уже возникает обязанность передать товар. И сколько бы он на самом деле не стоил, вопросы технического сбоя - это все человеческий фактор.

Ну, давайте представим себе, что нет технической составляющей, вы пришли в магазин и вам продавец случайно называет другую цифру. То есть не 1 тысяча, а 100 рублей. Что вы должны сделать?

- Обрадоваться!

- Ну, или просто заплатить ту цену, которую вам назвали. И я не должен ставить перед собой вопрос: а почему вдруг такая цена? Она мне нравится, она меня устраивает. И все рассуждения, которые мы видели в литературе о том, что вот на Западе по-другому бы решалось неверны. На самом деле решалось бы не по-другому.

Правовая доктрина правовой ошибки, которая используется на Западе, она основана абсолютно на другом. И законодательство Consumer Protection точно так же защитило бы потребителя в этой ситуации, никаких других вариантов нет. Ошибка как таковая, которая предусмотрена и в нашем законодательстве, она не имеет в виду уже заключенный публичный договор.

Когда договор купли-продажи уже заключен, нет ошибки. 

Давайте представим себе ситуацию, когда продавец просто погорячился и поставил слишком низкую стоимость товара по сравнению с рынком. Это ошибка? Для него, да. Бизнес-ошибка или техническая ошибка, но уже он за нее отвечает на условиях риска.

- Либо бизнесу не надо требовать, чтобы оплата произошла сразу? Тогда он может «откатить» назад?

- Довольно часто многие продавцы используют именно такую модель. Вы бронируете товар, он указан как заказанный, после чего звонит менеджер и говорит: подтверждаем и подтверждаем наличие товара. Здесь тоже есть определенный элемент небольшого злоупотребления, потому что на самом деле, если товар выставлен вы не можете мне сказать что его нет в наличии, но вот такое тоже к сожалению бывает.

На самом деле система дистанционной торговли у нас скажем так бурно развивается лет пять последние — небольшой срок, поэтому ничего страшного нет. Отработаются все правила и начнут работать соответствующим образом.

- Скажите пожалуйста, цифровизация она как-то отразилась на судебной практике? Какие-то может сложные элементы появились или то, что требует разъяснений?

- Знаете, на самом деле, если брать гражданско-правой оборот, то цифровизация не сильно изменила его. Это просто особая форма товара, и к ней подходим с теми же критериями. А что касается всякого рода специальных инструментов, там цифровой рубль или активы, деривативы и так далее… Это все-таки вопросы, которые надо еще понимать, в какой сфере они обращаются. Пока это большей частью за пределами правового поля.

Поэтому мы не можем говорить однозначно — изменения есть или нет. У нас были дела связанные с криптовалютой и там несколько иначе решался вопрос. Ставили вопросы о неосновательном обогащении. То есть вот я перечислил деньги, мне должны были цифровую валюту перевести на счет, не перевели и так далее. На самом деле - это игры или пари, и они вне правового поля, правовое регулирование данного вопроса не позволяет гарантировать возвратность. Между сторонами есть специфические отношения, они не урегулированы правом, но они имеют свое специальное регулирование вне массива законодательства.

- Но суд же все равно разбирается каждый раз в ситуации.

- Потому что правильную квалификацию мы должны дать, но если мы видим, что между сторонами действительно есть отношения, мы не можем говорить, что здесь нарушение или деликт с одной стороны. Нет, этого не будет.

- А есть ли проблема с цифровыми доказательствами? Сейчас, наверное, часто предоставляют переписку в мессенджерах в качестве доказательств.

- Нет, проблемы такой нет. Во-первых, законодатель урегулировал, в каких форматах мы принимаем доказательства. То есть, если речь идет о переписке - это должно быть стандартное нотариальное удостоверение, когда нотариус должен удостоверить, что он действительно считал с данного компьютера информацию и зафиксировать это. Этот формат урегулирован.

А что касается переписок в мессенджерах, ну на самом деле нам же ведь нужно получить ответ на вопрос, который имеет правовое значение, а там оно может быть не всегда выражено четко. «Окей» - что может означать? 

- Или эмодзи… 

- Например, вам прислали предложение, что есть, вот такой товар, стоит столько-то, и вы видите, там большой палец стоит — замечательно, всё здорово. Это вы купили, или вас просто устраивало, или цена понравилась?

- А может, я промахнулась, и не тот эмодзи поставила?

- Вопрос даже не в этом. А как я должен трактовать? Вот я получил такую реакцию, вам понравилось, вы заключили договор, или вы хотите пойти и еще что-то поискать? Должен быть четкий и недвусмысленный ответ, поэтому подобного рода переписка может быть разъясняет, уточняет какие-то взаимоотношения, но не дает ответа на те вопросы, которые для нас необходимы с точки зрения заключения договора или выражения отношения к условиям договора.

- Но в совокупности доказательств может?

- В целом любые доказательства - любые письменные, любые электронные - законодатель не ограничивает в предоставлениях. То есть, пожалуйста, представляйте, а суд будет оценивать их. Только ведь вопрос: почему мы говорим о нотариальной форме? Да, вы сегодня посмотрели на переписку, приходите в суд, показываете, а там другое… И поэтому мы говорим: вы зафиксируйте и покажите, что оно существовало, иначе нам достаточно сложно будет оценивать.

Например, мы знаем, что есть некоторые переписки, которые просто со временем пропадают, и как мы тогда будем оценивать ее, если вы будете ссылаться, что она была? Это будут бездоказательные утверждения, ваши слова, которые вы сказали. А подтвердить чем? Но это уже вопрос оценки доказательства, это не запрет или возможность. Пожалуйста, представляйте, а там уже будем смотреть.

- Но в целом судебная система совершенно спокойно разрешает такие вопросы с цифровыми элементами, и никаких не требуется ни разъяснений? Ни Пленумов, ни обзоров?

- Мы не видим особой проблемы. Что касается нижестоящих судов, я не думаю, что они сегодня готовы сформулировать, что по этому вопросу нам бы неплохо иметь вариант ответа. На самом деле пока таких проблемных вопросов практики, которые бы требовали обобщения, у нас не накопилось.

Я пока не видел такого объема, чтобы это действительно давало возможность хотя бы для Пленума, для вопросов-ответов может быть что-то, но даже для обзора не хватает.

- Спасибо вам большое за очень интересную беседу.