Верховный Суд опубликовал Определение от 21 января 2025г. по делу № 67-КГ24-16-К8, в котором рассмотрел спор о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма за лицом, официально не являющимся родственником нанимателя.
В 1986 г. исполнительным комитетом Первомайского района Совета депутатов трудящихся г. Новосибирска на семью, состоящую из трех человек (Ф. Разнотовскому, его жене и сыну – С. Разнотовскому) был выдан ордер на право занятия двухкомнатной квартиры. В 1988 г. Ф. Разнотовский умер, а его супруга снята с регистрационного учета. В этой квартире С. Разнотовский проживал с Н. Недопекиной (без регистрации брака), а 14 января 1997 г. сын последней – Олег Недопекин был зарегистрирован в данной квартире и вселился в нее.
10 февраля 2005 г. С. Разнотовский заключил с муниципальным учреждением «Дирекция заказчика по жилищно-коммунальному хозяйству Первомайского района» договор социального найма, согласно которому наймодатель предоставляет нанимателю и членам его семьи в бессрочное возмездное пользование вышеуказанную квартиру. 12 ноября 2022 г. С. Разнотовский умер.
Администрация Первомайского района г. Новосибирска отказала Олегу Недопекину в заключении договора соцнайма указанного жилого помещения, поскольку он не представил доказательства того, что являлся членом семьи бывшего нанимателя. Тогда Олег Недопекин обратился в суд с иском к мэрии г. Новосибирска и районной администрации о признании его членом семьи нанимателя жилого помещения и признании права пользования квартирой на условиях договора соцнайма. Истец пояснил, что продолжает проживать в спорном жилом помещении, оплачивает коммунальные услуги, наниматель относился к нему как к сыну, поддерживал с ним близкие родственные отношения, его детей считал своими внуками. Олег Недопекин указал, что он и С. Разнотовский вели общее хозяйство, производили из общего бюджета оплату данного жилого помещения и коммунальных услуг.
Администрация района обратилась в суд со встречным иском о признании Олега Недопекина не приобретшим права пользования квартирой, о выселении его из жилого помещения. В обоснование встречных требований администрация указала на то, что Олег Недопекин проживает в спорной квартире без правовых оснований, поскольку доказательств согласия нанимателя и наймодателя на его вселение в жилое помещение не имеется.
Решением Первомайского районного суда г. Новосибирска от 19 сентября 2023 г. в удовлетворении исковых требований Олега Недопекина было отказано, встречный иск районной администрации был удовлетворен. Суд пришел к выводу о несоблюдении предусмотренного ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР порядка вселения Олега Недопекина в спорное жилое помещение, поскольку согласие С. Разнотовского и его матери на это в материалах дела отсутствует. При этом судом сделан вывод о том, что на момент вселения в 1997 г. Олег Недопекин и С. Разнотовский совместно не проживали и совместного хозяйства не вели. Суд исходил из того, что Олег Недопекин не приобрел равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, поскольку не являлся членом семьи нанимателя, а также не представил доказательств, подтверждающих согласие нанимателей, выраженное в установленной законом форме и в адрес управомоченного лица, на его вселение в квартиру.
Апелляционный суд согласился с выводами первой инстанции, дополнительно указав на то, что при жизни С. Разнотовский не выразил своей воли на регистрацию истца в жилом помещении, на включение его в договор соцнайма в качестве члена своей семьи. Кассационный суд общей юрисдикции оставил принятые по делу судебные постановления без изменения.
Не согласившись с принятыми судебными актами, Олег Недопекин подал кассационную жалобу в Верховный Суд РФ. Рассмотрев дело, Судебная коллегия по гражданским делам ВС напомнила, что именно на суд возлагается обязанность по определению предмета доказывания как совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Предмет доказывания определяется судом на основании требований и возражений сторон, а также норм материального права, регулирующих спорные отношения.
Суд пояснил, что в соответствии со ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений, наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами этой статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования помещением.
Как отмечено в определении, согласно ст. 53 ЖК РСФСР к членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство. Аналогичные положения содержатся в ч. 1 ст. 69 ЖК РФ. Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору соцнайма имеют равные с нанимателем права и обязанности независимо от того, вселялись ли они в жилое помещение одновременно с нанимателем или были вселены в качестве членов семьи нанимателя впоследствии. Право пользования жилым помещением, предоставленным по договору соцнайма, возникает у члена семьи нанимателя с момента его вселения в данное помещение.
ВС указал, что наличие согласия нанимателя С. Разнотовского на вселение Олега Недопекина в занимаемое жилое помещение, фактическое его вселение и проживание в данном жилом помещении в качестве члена семьи нанимателя являются юридически значимыми обстоятельствами по данному делу. Он подчеркнул: разрешая спор по существу, суд не принял во внимание то обстоятельство, что возникновение у Олега Недопекина равного с нанимателем права пользования жилым помещением может быть основано на доказанном факте его вселения в квартиру в качестве члена семьи нанимателя, на его фактическом проживании в квартире совместно с нанимателем длительный период времени – более 25 лет – до момента смерти нанимателя в ноябре 2022 г.
Судебная коллегия приняла во внимание, что, обращаясь в суд с данными требованиями, Олег Недопекин ссылался на то, что с 1997 г. он проживал совместно с С. Разнотовским в спорной квартире, они вели общее хозяйство, производили из общего бюджета оплату данного жилого помещения и коммунальных услуг, что подтверждается показаниями допрошенных свидетелей и иными доказательствами, собранными по делу. Кроме того, с 2018 г., когда С. Разнотовский получил III группу инвалидности, Олег Недопекин осуществлял постоянный уход за ним и производил ремонт квартиры, что также подтверждается представленными в дело доказательствами.
Как поясняется в определении, при вынесении решения суд не указал, чем опровергаются доводы истца о его фактическом вселении в квартиру с согласия нанимателя в качестве члена его семьи и о проживании в ней совместно с нанимателем длительный период времени. Суд первой инстанции не учел, что отсутствие письменного согласия нанимателя на вселение Олега Недопекина в квартиру, в отношении которой заявлен спор, без оценки указанных существенных доводов истца само по себе достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска признано быть не может, при том что из выписки из домовой книги следует, что при вселении Олега Недопекина в спорную квартиру наниматель определил его статус как члена своей семьи и наличие родственных связей, указав на отношение к нанимателю как к родственнику.
Также ВС указал, что согласие С. Разнотовского на вселение Олега Недопекина фактически было получено, о чем свидетельствует и тот факт, что наниматель знал о проживании в квартире истца и был с этим согласен. В определении отмечается, что, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также указал на отсутствие согласия матери нанимателя и мэрии г. Новосибирска и администрации Первомайского района г. Новосибирска на вселение Олега Недопекина в спорное жилое помещение.
Между тем, подчеркнул Верховный Суд, из материалов дела усматривается, что на момент вселения истца в спорное жилое помещение мать нанимателя не имела регистрации по указанному адресу, поскольку в 1996 г. выехала из спорной квартиры в иное постоянное место жительства с приобретением регистрации по иному адресу, где проживала по день смерти в 2013 г., в связи с чем ее согласия на вселение Олега Недопекина не требовалось. Отсутствие согласия наймодателя – мэрии г. Новосибирска также не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований Олега Недопекина, поскольку положения ст. 54 ЖК РСФСР, действовавшего в 1997 г., не содержат требований или правил, предусматривающих вселение других граждан в занимаемое жилое помещение с письменного согласия наймодателя.
ВС установил, что суждение суда об отсутствии оснований для признания за истцом права пользования спорным помещением ввиду того, что он не признан малоимущим и не состоит на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, является неверным. Как разъяснил ВС, указанные положения жилищного законодательства применимы при первичном предоставлении жилого помещения. Между тем предметом спора являются жилищные права истца в отношении жилого помещения, предоставленного ранее члену его семьи С. Разнотовскому на основании ордера.
Таким образом, Верховый Суд посчитал, что решение суда о признании заявителя не приобретшим права пользования спорной квартирой и его выселении нельзя признать законным. Он отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Комментируя определение ВС, адвокат АБ «Эксиора» Юлия Тестова отметила, что категория споров, связанных с признанием права пользования жилым помещением на условиях договора соцнайма, которое прямо связано с возможностью признания права собственности на жилое помещение в порядке приватизации, является достаточно распространенной в практике судов общей юрисдикции. Она отметила, что затронутая проблема является актуальной в связи с тем, что, несмотря на достаточно длительное действие Закона о приватизации жилищного фонда, в судебной практике все еще сохраняются спорные вопросы, в частности вопрос касательно легитимности вселения иных лиц, не являющихся членами семьи нанимателя по документам, в жилое помещение, предоставленное по договору соцнайма.
Как заметила Юлия Тестова, подавляющее большинство судебных актов закрепляют подход, согласно которому реализация права граждан на признание права пользования жилым помещением на условиях договора соцнайма, права на приватизацию не может быть поставлена в зависимость от оформления органами местного самоуправления, государственными органами или иными организациями строго определенного перечня документов. Адвокат подчеркнула, что в рамках данного определения ВС пришел к выводу о том, что право пользования жилым помещением по договору соцнайма, помимо урегулированного положениями ч. 2 ст. 82 ЖК РФ порядка предоставления согласия нанимателя, может быть подтверждено и иными доказательствами, которые также подтверждают волю нанимателя на вселение в жилое помещение.
«Представляется, что подход, который закреплен ВС, соответствует положениям ст. 56 ГПК РФ и обеспечивает возможность наиболее полной реализации права на судебную защиту путем представления лицами, участвующими в деле, различных доказательств для подтверждения факта наличия волеизъявления, выраженного в согласии нанимателя на вселение в жилое помещение. Обратное означало бы, что лицо ограничено в возможности доказать обстоятельства, которые входят в бремя доказывания. Собственно, поэтому ВС совершенно справедливо указал на то, что оценивать, прежде всего, стоит не наименование документа, а содержание такого документа и выраженную в данном документе волю нанимателя», – полагает Юлия Тестова.
Адвокат Калининградской коллегии адвокатов «Казакова2, Ландау и партнеры» Галина Казакова подчеркнула, что данное дело на первый взгляд представляется хрестоматийным и можно подумать, что только по досадному недоразумению оно не было надлежащим образом разрешено нижестоящими судами, однако это не так. Она отметила, что с одной стороны, судебные споры, касающиеся признания права постоянного проживания граждан в жилом помещении на условиях соцнайма или признания их утратившими право проживания в нем, имеют большую сложившуюся практику. «С другой стороны, в жилищном законодательстве понятие "семья” не закреплено и в жилищных отношениях оно толкуется без применения Семейного кодекса РФ, то есть более широко, а потому актуальность и сложность проблем, на которые обращено внимание в рассматриваемом определении ВС, очевидна», - пояснила эксперт.
Адвокат обратила внимание, что разъяснение по вопросу о признании гражданина членом семьи нанимателя жилого помещения по договору соцнайма дано в Постановлении Пленума ВС РФ от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении ЖК РФ». Так, членами семьи нанимателя жилого помещения по договору соцнайма могут быть признаны любые родственники или нетрудоспособные иждивенцы при условии, что они вселены нанимателем в качестве членов его семьи, совместно с ним проживают и ведут общее хозяйство.
Галина Казакова указала, что в исключительных случаях и только в судебном порядке закон допускает признание так называемых иных лиц членами семьи нанимателя, однако при этом они также должны быть вселены нанимателем в занимаемое им жилое помещение в качестве члена его семьи, совместно с ним проживать и вести общее хозяйство, определения которого или исчерпывающего перечня признаков не существует. «Сложность данного дела заключалась как раз в том, что заявитель относится к категории "иных лиц”, а значит, свой статус члена семьи он должен доказывать. Презумпции в этом вопросе не существует, поэтому и факт постоянной регистрации гражданина в квартире не является необходимым и достаточным доказательством, подтверждающим право постоянного проживания в жилом помещении, на что ВС обратил внимание, сославшись на Постановление КС РФ от 25 апреля 1995 г. № 3-П», – пояснила она.
Эксперт считает, что при многообразии вариантов взаимоотношений граждан по поводу права проживания в жилом помещении суду необходимо всякий раз устанавливать действительную волю сторон и ее направленность, содержание фактических правоотношений. Сложность жилищных споров заключается именно в установлении этих юридически значимых обстоятельств.
Галина Казакова отметила, что Судебная коллегия ВС обнаружила также некоторые досадные ошибки в обжалуемых судебных актах. Так, стороны в жилищном споре должны и вправе предоставлять доказательства, круг которых законом не ограничен. В деле заявителя доказательства, подтверждающие его доводы, остались без внимания и надлежащей правовой оценки судебных инстанций не получили. Галина Казакова убеждена, что в рассматриваемом деле совершенно определенно сам наниматель свою волю выразил, вселив истца в жилое помещение, определив в домовой книге его статус как родственника, поэтому необходимость в дополнительном оформлении им письменного согласия отсутствовала. «Эти обстоятельства могли и должны были быть установлены судебными инстанциями. К сожалению, возникают ситуации, когда к событиям и действиям прошлого юристы применяют сегодняшние нормы права, и суды не исключение. Поэтому такие прецедентные определения ВС имеют большое практическое значение», – подытожила адвокат.
Адвокат КА «Династия», к.ю.н. Елена Дьякова полагает, что изначально в деле было все очевидно. Она отметила, что единственным аргументом администрации было то, что не доказан факт вселения истца в жилое помещение в качестве члена семьи. «Видимо, администрация хотела видеть договор соцнайма, где как раз указан поименно состав семьи, однако такого договора с такой формулировкой не было. Следует отметить, что Верховный Суд фактически признал регистрацию по месту жительства в жилом помещении фактом вселения в данное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя без внесения изменений в договор соцнайма, учитывая при этом в совокупности иные доказательства по делу», – считает адвокат.
Оперативно получить комментарий представителя заявителя жалобы, адвоката АП Новосибирской области Павла Попова не удалось.