Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда (ВС) РФ рассмотрела дело охотника из Оренбургской области, которого осудили к ограничению свободы на 7 месяцев за перевозку шести боевых патронов образца 1943 года. Фигурант утверждал, что нашел боеприпасы в лесу и, посчитав их охотничьими, оставил себе, но умысла на незаконное хранение и ношение у него не имелось.

Защита в жалобе отмечает, что судами не была дана надлежащая оценка доводу о малозначительности совершенного деяния.

ВС напоминает об уклоне российского правосудия в сторону гуманизации: не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо преступного деяния, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. «По смыслу уголовного закона при решении вопроса о привлечении лица к уголовной ответственности необходимо иметь в виду, что деяние, формально подпадающее под признаки того или иного преступления, должно представлять собой достаточную степень общественной опасности, которая свидетельствует о том, что деяние причинило существенный вред, либо создало угрозу причинения такого вреда личности, обществу или государству», — уточняет высшая инстанция.

Данная норма позволяет отграничить преступления от иных правонарушений и направлена на реализацию принципа справедливости, цитирует ВС правовую позицию Конституционного суда, выраженную в Определении от 16 июля 2013 года № 1162-0.

Тем самым обеспечивается адекватная оценка правоприменителями степени общественной опасности деяния, зависящая от конкретных обстоятельств содеянного, указывает ВС.

Он также напоминает разъяснения Пленума ВС РФ: при оценке степени общественной опасности содеянного и назначении наказания следует учитывать цели и мотивы действий виновного, источник и способ завладения, вид, количество, боевые свойства и стоимость похищенного огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств (п. 21 постановления от 12 марта 2002 года № 5).

Кроме того, в пункте 22 (1) этого же постановления Пленум указал, что при правовой оценке действий, связанных с незаконным оборотом боеприпасов, судам следует ориентироваться на ч. 2 ст. 14 УК о малозначительности деяний.

«При решении вопроса о том, является ли деяние малозначительным, судам необходимо учитывать, например, совокупность таких обстоятельств, как количественные характеристики (хранение нескольких патронов) и качественные показатели предмета, мотив и цель, которыми руководствовалось лицо, поведение, предшествующее совершению деяния и (или) в период совершения деяния», — разъясняет ВС.

Также КС, анализируя в своих определениях от 7 июля 2016 года № 1426-0, от 4 февраля 2022 года № 242-О, положения ст. 222 УК РФ, отметил, что они подлежат применению с учетом не только противоправности, но и общественной опасности содеянного.

«В обязанность судов входит обеспечение дифференциации ответственности исходя из полной и всесторонней оценки деяния, с тем, чтобы обеспечить как реализацию задач и принципов уголовного закона, так и вытекающую из назначения уголовного судопроизводства защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод», — подчеркивает ВС.

Согласно материалам дела, обвиняемый был задержан по возвращении с охоты, на которую у него имелось разрешение, а 6 боевых патронов обнаружены в кейсе вместе с еще 62 охотничьими.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства нашло свое подтверждение, что фигурант хранил и носил боевые патроны в небольшом количестве и в специализированном кейсе, предназначенном для боеприпасов, что исключало доступ к ним посторонних лиц, констатирует ВС.

Кроме того, на момент произошедших событий у обвиняемого имелось три действующие лицензии на хранение и ношение гражданского оружия, которые выдаются только после прохождения соответствующей подготовки, следовательно, у него имелись навыки безопасного обращения с оружием и боеприпасами, обращает внимание высшая инстанция. К тому же осужденный более 25 лет являлся охотником и владельцем гражданского оружия, при этом, имея легальный доступ к боеприпасам, каких-либо неправомерных действий, связанных с их использованием, не совершал, отмечает ВС.

Он также ссылается на отсутствие в материалах дела данных, что фигурант якобы имел цель использовать боевые патроны для причинения вреда себе или другим лицам, обществу или государству.

«Аргументированных доводов о действительном наличии реальной опасности причинения вреда в результате хранения боеприпасов, судами не приведено», — приходит к выводу ВС.

Напротив, в материалах дела имеется копия охотничьего билета, а в совокупности с наличием разрешения на отстрел диких кабанов, это свидетельствует, что оружие и боеприпасы обвиняемый использовал исключительно для целей охоты, считает высшая инстанция.

«Названные обстоятельства в своей совокупности, с учетом данных о личности (обвиняемого), который ранее не судим, положительно характеризуется по месту жительства и работы, имеет награды и благодарности, занимается благотворительной деятельностью, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, не позволяют сделать однозначный вывод о том, что содеянное обладает признаками достаточной общественной опасности, которая бы позволила признать содеянное им преступлением», — приходит к выводу высшая инстанция.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия полагает необходимым уголовное дело прекратить за отсутствием состава преступления, ввиду малозначительности. За охотником признано право на реабилитацию, определил ВС.